Карачаево-Черкесия Наша умма

Депортация не сломила карачаевцев

2 ноября 1943 года один из самых живописных уголков Кавказа – Карачай стал местом начала тотальной депортации кавказских народов. В этот день, по обвинению в пособничестве немецким войскам, в Среднюю Азию был репрессирован карачаевский народ. Советская власть отобрала у них все, но, как говорит герой сюжета, не могла отобрать иман, который стал главным двигателем борьбы с этой несправедливостью.

Цели депортации

Целью этой чудовищной акции было уничтожение целого этноса. Депортация – это тысячи искалеченных судеб и мучительных смертей на чужбине. Все, кто пережил те страшные дни испытаний, говорят, что сохранить себя, свой разум и человеческое лицо им помогла, только ничем непоколебимая вера в Аллаха, в Его безграничную милость.

Во время депортации Борису Исхаковичу было всего 3 года, их семью выселяли из аула Джегута.

Обман местного населения

Борис-Хаджи Эркенов: "Неожиданно в нашем ауле появилось большое количество военных. Людям объяснили, что они прибыли на кратковременный отдых перед отправкой на фронт. Каждое утро, разбившись на группы, эти военнослужащие изучали местность, обходили кошары, общались с людьми. По-видимому, собирали информацию, о реальном количестве людей, и о действительных местах их нахождения. Так, как времена были несытые, все старались подкармливать этих солдат, кто молочком угостит, кто-то яйца или мясо даст. Ведь война еще шла, и из каждой семьи на фронте было по нескольку человек. Помогая им, они вспоминали своих детей, которые на тот момент воевали где-то. А, про депортацию никто и не подозревал даже".

Начало выселения

С приближением запланированной операции по выселению, количество военных в селении стало увеличиваться. Борис Эркенов вспоминает из рассказов матери: «В наш дом вошли двое рядовых и один офицер, которые, зачитали приказ с таким выражением лица, как будто мы действительно были в чем-то виноваты. Они не разрешили взять даже еду, хотя наверняка знали в отличие от нас, что предстоит дальняя и нелёгкая дорога».

Борис-Хаджи Эркенов, репрессированный 1943-1957 гг.: "Ранним утром в наш дом вошли один офицер и двое солдат. В тот момент мать собиралась затопить печь, чтобы приготовить нам завтрак. Нас было пятеро детей, самой старшей Марзият было 13 лет, а младшему – Аскеру год только исполнился. А отец был на фронте. Офицер грубым тоном крикнул: «А ну, выходите на улицу!» Они быстро потушили огонь, всех нас буквально выкинули на улицу, в чем были. Я знаю, что некоторым разрешали брать с собой чуть еды и самое необходимое из вещей. Но, нашей семье в этом смысле не повезло. Нам ничего не дали взять с собой".

Дорога в Среднюю Азию

Дорога в Среднюю Азию для горцев, воспитанных в строгих традициях гендерного разделения, стала очень тяжким испытанием, поскольку мужчин и женщин грузили в одни вагоны, вспоминает Борис-Хажи.
Но, как оказалось, еще более тяжелое испытание ожидало их впереди. Положение усугублялось и недоверчивым отношением со стороны местного населения, которое заранее оповестили о том, что завезут «дикий» кавказский народ.

Борис-Хаджи Эркенов, репрессированный 1943-1957 гг.: "В начале было видно, что местные смотрели на нас с недоверием и страхом. Можно даже сказать, что их положение было не лучше нашего из-за этой боязни. Но по мере того, как они все ближе узнавали нас, что мы тоже мусульмане и речь у нас похожа, работы не боимся, то мы сумели завоевать их доверие и расположение".

В 1949 году, вернувшийся с фронта отец семейства Эркеновых забрал жену и детей во Фрунзенскую область Киргизкой ССР, где он до этого отыскал своих пожилых родителей. В первый класс Борис пошел в Киргизии, когда ему уже было 9 лет. В Кыргызстане Эркеновы сумели расположить к себе местных жителей. Видя их набожность, порядочность и усердие в труде киргизы постепенно начали менять свое отношение к ним и относиться к ним, как своим.

Спасение от Аллаха

Спустя 77 лет очевидцы депортации, вспоминая все произошедшее с ними как страшный сон, благодарят Всевышнего Аллаха за милость, которую Он даровал – возможность вернуться на свою Родину.

Борис-Хаджи Эркенов, репрессированный 1943-1957 гг.: "У нашего народа, тогда отобрали все: Родину, имущество нажитое годами и даже имя, ведь главной задачей депортации была ассимиляция. Хотели стереть с лица земли даже упоминания о карачаевском народе. Но самое главное, чего они не сумели отобрать – это Иман, который хвала Аллаху был крепок в сердцах тех поколений. Я уверен, что именно вера и помогла нашим людям выдержать, и выстоять все эти испытания не растеряв человечности вновь обрести свою Родину. Я помню, как все наши старшие каждый раз после намаза делали дуа, чтобы Аллах Всевышний возвратил их обратно к родным очагам. А во время массовых каких-то мероприятий читали зикры и делали дуа. А слезы безудержно бежали по их щекам. Люди ни на секунду не теряли веру, в торжество справедливости".

Советская власть отобрала у них все, но, как говорит наш герой, не могла отобрать иман, который стал главным двигателем борьбы с этой несправедливостью.  Разве может какая-нибудь депортация, репрессивная машина сломать народ с такой сильной верой, которая разрушила могущество некогда великой советской империи?! Жизненный опыт и историческая закономерность доказывает, что нет.

Карачаевский народ достойно вынес это испытание с глубокой верой во Всевышнего, которая помогла ему стойко выстоять и вернуться на свою историческую родину.

В этом разделе:

Добавить комментарий

Войдите, чтобы оставить комментарий: